Ксюша (ksushaaa) wrote,
Ксюша
ksushaaa

Отчет с ВАРмии 2

Еще больше, чем первая часть. Последние полдня и ночь. Будет еще эпилог и о персонажах. надеюсь=)

Силовики
День – спокойное время. Уже все встали, по случаю обеда лекции тоже поуменьшились. Вот детишки с факультетов КД и СН решили что самое время решить раз и навсегда, кто самый крутой в этой умывальне. Очень скоро медблок наполнился растущими далеко опережая мозги организмами, которые в один присест сожрали весь виталин на базе. Кейра была просто в бешенстве, тупые идиоты, им же еще в Джунгли идти! Пришел Мортимер, рявкнул «Доклад!», Кейра с особым наслаждением перечислила сколько, в каком состоянии и имена. Мортимер – «моих сколько?» Кейра – « я не знаю сэр, они все без кителей сэр» - «Мне нужно знать какой счет!» - рявкнул Мортимер и учесал в сторону казармы». Тут-то Гаррис просто завыла. Нет, умом этих не понять. Зато все они напомнили ей о том, что она что-то откладывала на день субботы.

Провокация
От психолога Кейре досталось просто чудовищное задание – довести другого до состояния «избит». То есть не только спровоцировать драку, но и победить. Сначала она хотела отмахнуться, как и половина медиков. Но после съеденного сбанана и прилива сил решила, что сможет. И решила неправильно. Потому что одной силы для этого недостаточно. Кейра с Колесниковым договорились провести тренировочный бой. Оба понимали, зачем это было нужно, но молчали – рассказывать о задании было нельзя. В свидетели позвали психолога. Сержант Ургейл на просьбу о содействии с аудиторией для боя возвел глаза к потолку и проводил их в умывальню. Там они подрались. У них была одна школа, и оба сразу это почувствовали. Колесников начал. Кейра отбила, потом ударила. Потом он – и все он свалился без сил (ноль хитов – за каждый отбитый удар минус хит). Оставалось избить. Но Кейра вдруг упала и разрыдалась. И поняла, что не сможет, не сможет и все. Поэтому она сказала Колесникову «прости», повесила его на себя и увела в медблок – кормить виталином.
Психолог распекла Кейру так, что в глазах потемнело. Можно забить на задание, сказала она. Можно отказаться сознательно. Можно сделать задание. А Кейра начала, но не закончила. Психолог отправила ее сделать все сначала. Гаррис, которую в очередной раз довел до бешенства Цветочников кинулась на него с кулаками. Они сцепились, но их быстро растащили. Колесников тогда отвел ее в угол медблока и очень серьезно спросил, в чем дело. Она объяснила схематически «мне срочно нужно кого-нибудь избить» - Иди к психологу сказал он. Кейра только горько рассмеялась в ответ. Он сказал «Реши эту проблему сама, медгруппа не должна страдать, нам всем сейчас будет очень тяжело». Вот тогда Кейру отпустило. И еще она поняла, что Андрей стал тем самым лидером, которого искала среди них доктор Нолан. Ни Кейре, ни Цветочникову, ни Кате это не удалось. Колесников – смог.

Группа
Примерно в то же самое время до выхода в Джунгли оставалось несколько часов. Чудовищный объем материала, выданный доктором Нолан ошеломлял. А ночью – спасать детей и никак иначе. Поэтому вся группа вместо того чтобы спать, бухать или подскальзываться в умывальне сидела кругом и методом примеров ботала спорогологию и токсикологию Ботала-ботала-ботала. По кругу. Все вместе и только Мор сидел в сторонке. И Колесников начал улыбаться, разговорился и оказался вдруг обычным таким парнем, веселым и очень сообразительным. В этой группе была самая настоящая дружба и за это большое, огромное спасибо.
Ближе к 10 доукомплектовали аптечки (чудовищно, чудовищно не хватало препаратов!) и определялись кто куда. Оба врача уходили в Джунгли. Гаррис, помня панику и запотевшие очки первой ночи, вызвалась остаться. С ней вызвались Колесников и Баженов. Мы прибрались в медблоке. Все разложили по полочкам.
В процессе уборки случилась фигня. Все преподаватели любили провокации, Нолан не исключение. Поэтому в медблоке стояла банка паленого травиана, залитого зеленым пойлом. «Образец, изъяла пару лет назад у студента и оставила для наглядности» сообщила мэм и поставила банку на видное место на стол. Кейре и в голову не приходило, заюзать что-то оттуда, но во время уборки она пролила немного на пальцы. Пришлось облизать и выяснить, что зеленая химическая дрянь, настоянная на травиане – то, что нужно. В этот момент у Колесникова с Баженовым явственно округлились глаза и опустились руки. Эта истеричка пол дня прыгала от счастья что жива, вторую половину дня пыталась подраться и страдала, а теперь прямо перед поступлением больных обдолбается??? Естественно, Кейре и в голову такое не приходило, и банку задвинули в самый дальний угол стола.

Медотсек
Поступили сигналы о первых пострадавших. Гаррис решила на всякий случай настроить АХК. Тот что совсем древний заработал без проблем, а вот тот, что поновее… У него не работал щуп. Кейра была в ужасе. С одним АХК, без препаратов… Они не спасут и половины. А пальцы уже шарились в цепях и линиях аппаратуры. Вдруг что-то негромко щелкнуло и щуп снова начал реагировать. Оказалось, в энергоцепи было механическое повреждение. Кейра как могла, закрепила ее голыми руками, но аппарат надо было иногда придерживать руками. Но он работал, у медиков было 2 АХК, это главное, главное. Уже потом в дурмане от обилия пострадавших Кейра услышит вопль Цветочникова «Доктор Скуратов, АХК не работает!» и вломится в операционную, перешагнет через Коори и будет держать линии руками, пока Коори делал операцию.

Белович
Прибыло трое пострадавших – Девис, Горбовски и Келлер, не раненые. У всех паническая атака или что-то вроде того. Дэвис быстро оклемался и ушел. На смену ему пришел Белович с «маааленькой капелькой клейстерона». Спорология – болезнь небыстрая, надо просто ждать нарастания симптомов. Но Белович держался молодцом – шутил, что-то рассказывал. В какой-то момент потребовал подушку, а Горбовски – конфетку. У Кейры просто не нашлось слов – дети, ну настоящие дети, что они вообще делают здесь?!
У Горбовски симптомы зациклились, у Келлер тоже. А Белович начал слепнуть. Кейра пролистала лекции и поняла, что это Крипке. Спросила у Беловича, не немеют ли руки. Он сказал что нет. Еще несколько минут тупняка и Белович видит уже только яркий свет. И тут у него немеют пальцы. Тут Колесников с каким то особым наслаждением говорит – ну все, полная картина и подает алиум. И тут Кейру накрыло. Вела пациента не она, поэтому тупила. Но они же все затянули! А что если алиум не успеет подействовать? А что если этот совсем ребенок ослепнет навсегда? Кстати за столь простой случай явно вышвырнули бы всех их академии, но об этом тогда и не вспомнилось. Белович вдруг встрепенулся и спросил, зачем свет выключили. «Идиоты, идиоты, мы все идиоты» вертелось в мозгу у Кейры и смертельно вдруг захотелось зеленой дряни из баночки Нолан. Она стояла рядом с Беловичем и говорила, что сейчас, да-да, выключили, да, все хорошо, хорошо, хорошо. В этот момент началась какая-то катавасия с Келлер и Горбовски, которые все задыхались и не выздоравливали. И тут Белович тихо-тихо сказал «Ребята… Вы ведь свет не выключали». Кейра бросилась к нему, лепеча, что все хорошо, да-да, все хорошо. Мучительных 10 минут – и тут алиум, наконец подействовал. Белович прозрел, снова начал шутить. Кейра от счастья кинулась его обнимать.

Хаос
Когда то в этот же момент послышались крики и выстрелы. Феррер, зарегестрированный псионик сошел с ума и открыл пальбу в помещении базы. Вскоре принесли его и психолога, которую задело. Феррера держали силой, психолога запихали в АХК, но она умерла прямо там. Вернулись ребята из Джунглей, а с ними – прорва раненых. В момент в медблоке стало страшно. И некуда наступить.
А Кейру с Баженовым погнали на внеочередную операцию в Джунгли. Надо было найти какого-то человека, государственного преступника. По дороге наткнулись на доктора Нолан, которая не реагировала, звала кого-то и говорила, что ее зовут Лита. На доктора надели респиратор, встряхнули, и она пришла в себя. Как ни странно, нашли и преступника. Он был в тяжелом состоянии. Погрузили на носилки, понесли. Носилки порвались, дальше тащили вручную через бурелом, атаковали монстры, все растерялись, сержант Редль одна прикрывала всех. Уже в шлюзе оказалось, что Редль ранена и очень серьезно. Множественные в руку и грудь. Как она на ногах держится?! Оказалось – имплант. Тащили ее с Баженовым. Осмотрели на клейстерон, перевязали, дали таблеток. Сразу же поставили операцию на груди. Потом Кейра передала Редль Баженову и вышла их операционной. В медблоке творился хаос. Больные все прибывали. Один из раненых Кейры лежал прямо у входа в АХК и все задевали его раненую ногу, когда вносили и выносили раненых. А перетащить его было некуда.

Дзинтерс
В какой-то момент Кейре на глаза попался сидящий в углу кадет, который явно испытывал удушье. Это был Дзинтерс, мальчик из парочки дерзких рыжих близнецов. Кейра опустилась рядом с ним и спросила, что случилось. Сказал, что было ранение ног, но оно зажило уже само, а вот он что то задыхается. С этого момента начался персональный кошмар Кейры. Она почти не отвлекалась на других больных. Приглядывала за Редль в операционной и потом еще за тем, чтобы АХК не пустовали. Дзинтерс между тем кашлял и задыхался, испытывал жжение в горле. Все это казалось смутно знакомым Кейре, но одно настораживало – не было жара. При поражениях дыхательных путей бывает температура, а тут ее не было. Пролистала конспекты. Позвала Колесникова. Андрей подумал и сказал, что ну может спороидоз – черный или традиционный? Симптомы не подходили все, но было похоже, да. Дала LTS и кардофрин. Отвлеклась на других. Прошло 10 минут, но Дзинтерсу как будто только хуже стало. Он задыхался кашлял и хватался за Кейру, как будто пытался удержаться за нее в этой жизни. Еще несколько минут Кейра стояла над ним, держала его и все ждала, ждала что случится чудо и лекарство подействует, но нет. Краем глаза она видела, что часть медиков сами лежат с ранениями, что доктор Нолан в коридоре откачивает кого-то из кадетов и старшно волнуется. Еще там был Скуратов, но он хирург и тоже не знал что делать. В какой-то момент Кейра потеряла голову, начала цепляться за других медиков просить, чтобы помогли. Потом перестала. Между приступами кашля Дзинтерс сказал ей, что ему что-то кололи в Джунглях и в шлюзе, но что – он не знает, он был без сознания. А что, если препараты сбили жар? А что, если это их действие накладывается на болезнь? А что, если это спорология и паническая атака вместе? В любом случае, он уже совсем плох. И надо сделать хоть что-то, хоть что-нибудь, надо. Алиум? Алиума нет. Биостоп-С? А если не успеет. Старый добрый спроцинид, который сажает печень. 2 таблетки, чтобы подействовало за пять минут. Еле нашла в аптечке на поясе, дала. Прошла минута и тут ему стало очень_плохо. От кашля просто выворачивало, он стонал, метался, а Кейра сидела не дыша и вцепившись ему в плечо мертвой хваткой. Что творилось вокруг она просто не видела. Через 5 минут он вдруг перестал кричать, начал дышать реже, не так глубоко. Кейра решила, что это спороцинид, и он уже умирает. Уже сидела и думала о том, сможет ли она жить дальше, как вдруг Дзинтерс посмотрел на нее, вздохнул и сказал «ой, мне становится лучше». Еще через пять минут он встал. Ему еще нужно было регенеративное, и болела печень, посаженная спороцинидом (ничего, прилетит на Гацу-Сенекту и отлежится в биованне). Но главное – он был здоров, ему ничего не грозило, она это понимала. Не понимала только, что же с ним было.

(Что это было: ранение ног, не перевязанное, что вкололи при входе установить не удалось, но оно и не сыграло роли. Скорее всего, регенеративное. А вот от неперевязанного ранения развилось биологическое заражение – спорофитоз легких. Только игрок забыл, что у него жар, а жар в данной болезни – один из главных определяющих симптомов. И кстати, спороцинид я успела дать ну примерно минут за 7 до смерти от удушья – то есть совсем на краю ухватила)

Конец
Кейра огляделась в медблоке. Нолан нигде не было. Была мертвая девочка с СН, был мертвый Бергман. Нигде не было видно Нолан. В соседней аудитории лежал связанный Феррер. Рядом с ним – мертвая психолог. Еще дальше – Евтушенко, тот самый, за которым они ходили в Джунгли. Все вроде бы выздоровели. Потом помню смутно. Были еще раненые, но откуда? Доставала горячую еду для Евтушенко. Его отвезли на Гайю-Сенекту. Усталый Скуратов рассказывал что-то на будущее. Мы перебирали все наши запасы. Хоронили мертвую. Куда делся Бергман – непонятно. В какой-то момент опять в медблоке были люди. Федорова и Сикорски заболели чем-то стремным. Командовал Колесников и это было хорошо. Кейра почти отключилась.
Вдруг объявили эвакуацию. Погрузили на носилки Мора без сознания, взяли под руки Федорову. Кейра вспомнила про базу с препаратами. Ее надо взять. Из мелких подбаз все ссыпала в одну. Упаковки чудовищно скользкие, все рассыпалось. Она быстро все побросала обратно, крепко прижала коробку открытой частью к животу и груди и побежала. По дороге умер Мор. Ужасно, нелепо, не будь эвакуации, мог бы выжить, будь в избытке препаратов – точно выжил бы. Федорова выздоровела. И мы полезли через эвакуационный лаз – трубу, по которой можно только ползти на коленях. Кейра ползла, все еще прижимая одной рукой к животу базу с препаратами, другой - шаря по полу. Впереди кто-то полз, не было свободной руки, чтобы взять фонарик, начиналась клаустрофобия. На выходе объявили, что тревога учебная. Стало тоскливо. Да, справились. Но там, в коридоре лежало Мор. И он был мертв из-за всех нас.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 87 comments